Вход
Зарегистрироваться
Напомнить пароль
Беседа директора LLL-C Васильева Михаила и ведущего программы "Реальное время" Юрия Пронько в прямом эфире радостанции Финам FM 28 января 2010 г.
Оригинальный текст на сайте Финам FM>>
Скачать аудиозапись программы (размер 36 Мб, продолжительность 53:35 мин.) >>
Посмотреть видео (8:39 мин.)>>
ПРОНЬКО: 19 часов 5 минут в российской столице. Здравствуйте, дамы и господа, у микрофона Юрий Пронько, на радиостанции "Финам FM" программа "Реальное время".
Сразу два события сейчас повсеместно обсуждаются в мире: это Всемирный экономический форум, который проходит в эти дни в Давосе. Я, буквально за несколько минут до эфира, слушал Алексея Леонидовича Кудрина, нашего вице-премьера, министра финансов России, он возглавляет российскую делегацию. Я не знаю, по каким причинам наши первые лица туда не поехали. Я смотрю, значит, испанскую делегацию возглавляет премьер-министр, делегацию Израиля возглавляет президент, и так далее. То есть, как правило, это все-таки саммит глав государств, правительств, таких мастодонтов, которые реально определяют экономическую политику в своих странах и в целом в мире.
Да, там нет Барака Обамы, но это и понятно – как раз второе событие, которое сейчас у всех на слуху, это первое обращение господина Обамы к Конгрессу и к нации, с которым он выступил накануне, по американскому времени, у нас было 5 утра в Москве. И, тем не менее, для них это все-таки накануне. К теме Давосского форума мы еще будем возвращаться, я думаю, что наследующей неделе мы обязательно пригласим людей, которые непосредственно сейчас в этом мировом мозговом центре принимают участие, ведут дискуссии и так далее.
Там сегодня серьезные заявления были сделаны, в частности Кудриным, Грефом. Греф вообще всех поразил: по поводу продажи пакета акций госбанков, в частности своего "Сбербанка" (своего – я имею в виду президента, председателя правления этого банка), 25% плюс одна акция. Эта тема, безусловно, будет обсуждаться в "Сухом остатке" не единожды. Кроме того, сегодня в 21 час ко мне придет заместитель министра промышленности и торговли России Станислав Наумов, у нас будет очень интересная тема, Давос тоже будем обсуждать. Присылайте свои вопросы уже сейчас, комментарии, на наш сайт – finam.fm, в раздел программы "Сухой остаток".
В оставшиеся два часа до этого эфира я вам, дамы и господа, предлагаю, накануне встречи с господином Наумовым, ответить на такой вопрос: по вашему мнению, нынешняя политическая и бизнес-элита России заинтересованы в такой реальной модернизации экономики, не на словах, а на деле? Сейчас на сайте у нас идет голосование, но я хотел бы получить ваши развернутые ответы. Так что если есть время, есть мысли – высказывайте. Раздел "Сухой остаток", сайт – finam.fm.
Завтра у нас путинский день, мы будем отмечать десятилетие путинской России. В 19 часов придет Михаил Касьянов, экс-премьер-министр Российской Федерации. Напомню всем, что с 2000-го по 2004-ый год он работал с Владимиром Путиным. У нас будет тема программы: "Россия без Путина – возможен ли такой вариант?" Будет голосование сейчас суточное по этой теме. В 21 час придет экс-министр экономики России Андрей Нечаев, с ним мы будем, конечно, говорить об экономических итогах десятилетия путинской России, такой либеральный взгляд.
Теперь коротко о статьях, которые сегодня я опубликовал в своей авторской колонке на сайте finam.fm. Сразу скажу, сегодня я написал две новые, свежие, свежак, да, почувствуйте слово. Первая называется (не пугайтесь только, уважаемые слушатели): "Страшная правда. Сравнительный анализ дурацких дорог в России и за бугром". Мне попали цифры, сколько мы тратим на дорожное строительство, сколько тратят в США, сколько тратят в Германии – это, действительно, страшная правда. Так что заходите на finam.fm, ищите мою авторскую колонку, читайте.
И я не мог пройти мимо еще одной темы, вторая статья называется: "Речник-2". Браво, Лужков! Или о том, как владельцы домов позорят Россию". Понятно, о чем идет речь. Сегодня эта тема получила продолжение, в связи со вторым поселком, как я говорю, садоводческие товарищества с таунхаусами, дворцами, виллами и так далее, это "Остров "Фантазия". Сегодня господин Лужков заявил в интервью "МК", что он намерен и с ними разобраться. Почему я написал "Браво, Лужков!", потому что, действительно, мэр Москвы соблюдает закон. И почему я написал "владельцы домов позорят Россию" – я сейчас объясню очень коротко. Стало известно, что часть жителей "Речника" решили обратиться в посольство США за политическим убежищем.
Слушайте, это какой-то фарс уже начинается. То есть, мы свои собственные проблемы начинаем… "Авось, американцы помогут". Не серьезно. Поэтому читайте, вторая статья "Речник-2". Браво, Лужков! Или о том, как владельцы домов позорят Россию". Две статьи к вашим услугам, комментируйте, пишите, критикуйте или соглашайтесь – это ваше дело.
А теперь возвращаемся к одной из главных тем сегодняшнего дня, к обращению президента США. И у нас сегодня будет программа, тема которой звучит так: "Малый бизнес в США – может ли Россия воспользоваться заокеанским опытом?" Я с большим удовольствием вам представляю своего компетентного собеседника, человека, которого я узнал случайно, виртуально, но с которым сегодня мы реально познакомились, он мне даже вручил две визитки. Это Михаил Васильев. Миша, добрый вечер.
ВАСИЛЬЕВ: Добрый вечер, Юрий. Добрый вечер, радиослушатели.
ПРОНЬКО: Спасибо огромное, что пришли. Давайте я вас так представлю: первый пункт – я так, понимаю, вы Московский государственный университет имени Ломоносова, экономический факультет, кафедра управления организацией, да?
ВАСИЛЬЕВ: Совершенно верно.
ПРОНЬКО: И вторая ваша стезя – это директор Научно-консультационного центра, обучение в течение всей жизни, да?
ВАСИЛЬЕВ: Да.
ПРОНЬКО: Я вас представил. На самом деле совпало так: обращение Обамы и приход Михаила Васильева ко мне сегодня в "реальное время". Но, Миша, о чем вчера говорил Обама? Я внимательно его слушал, там три принципиальных тезиса: а) поддержка малого бизнеса; б) борьба с безработицей; в) санкции (я с экономической точки зрения беру) в отношении компаний, которые выводят производство за пределы США. И, конечно, реформа здравоохранения, и ничего о банках.
Это, конечно, потрясающий момент. Буквально накануне он говорил, что это "жирные коты", которые должны заплатить за этот кризис. Все ожидали, и индексы пошли вниз накануне, потому что Уолкер, его советник, слил определенную информацию, что Федрезерв и Гейтнер согласились на определенную закрутку гаек в отношении Wall Street. Ничего не произошло.
Давайте так, начнем с самого главного. У нас в аудитории есть люди, которые никогда не были в Соединенных Штатах, по разным причинам. Я надеюсь, что они, рано или поздно, там побывают. Но я хочу вам задать вопрос именно с такой, знаете, не научной, с такой практической темой: что такое малый бизнес в Соединенных Штатах Америки? Кто относится к малому бизнесу? Есть ли корреляция между понятиями "малый бизнес в США" и "малый бизнес в России"?
ВАСИЛЬЕВ: Во-первых, стоит сказать о том, что в американском бизнесе исследователи, в целом, выделяют две превалирующие модели. Это, первое – наиболее известная в мире, известна в России, так называемая предпринимательская модель алого бизнеса.
ПРОНЬКО: В чем ее суть?
ВАСИЛЬЕВ: Основной постулат: бизнесом может заниматься абсолютно каждый человек. Вторая модель не противоречит первой, в принципе, говорит о том, что американский бизнес, малый бизнес в частности, является семейным бизнесом. И именно феномен самого малого бизнеса американского, в частности, проистекает именно из феномена американской семьи. Эта модель все больше и больше находит подтверждение.
Что касается каких-то уже более конкретных определений, на уровне законодательства, то можно сказать, что (не будем пока брать точные финансовые определения, ограничения по бюджету) в целом американский малый бизнес – это предприятие, насчитывающее до 500 человек в своем штате.
ПРОНЬКО: То есть, если в твоем коллективе, на твоем предприятии, работает менее 500 человек – это категория "малый бизнес" в американском варианте?
ВАСИЛЬЕВ: В целом – да. Есть еще определенные ограничения по структуре компании, чем она занимается, по ее доходам. Но в целом – это основной критерий, до 500 человек.
ПРОНЬКО: Я не буду скрывать, что я читал статьи Михаила, поэтому я, конечно, знаком. Правильно ли я понимаю, что семейный бизнес, как таковой, – это как раз основа малого бизнеса в Соединенных Штатах?
ВАСИЛЬЕВ: Я бы даже сказал больше: семейный бизнес – это основа бизнеса в Соединенных Штатах. И в частности малого.
ПРОНЬКО: А как это на практике? То есть, это реально семьи – папа, мама, сын, дочь, бабушка, дедушка? Или как оно?
ВАСИЛЬЕВ: Что касается малого бизнеса – да. Очень часто это, действительно, мама, папа. Очень часто – сын, дочь. Очень часто – сын, мама, папа. Также не стоит забывать об эмигрантах, которые приезжают семьями, приезжают кланами, и пытаются как-то здесь закрепиться. Не находя, возможно, себя в существующих компаниях, создают свои собственные семейные, клановые компании. Если мы говорим о крупном бизнесе, то это бизнес, если правильно назвать, династийный, перешедший, возможно, по наследству, от того или иного поколения, от донной, в целом, семьи. Например, "Ford".
ПРОНЬКО: Хорошо, мы выяснили, что, действительно, это реальные семьи. Есть ли данные, статистика, в каких секторах, в каких отраслях американской экономики доминирует именно малый бизнес? Почему именно он там доминирует? Я просто знаю, что вы этим предметно занимались, изучали и анализировали.
ВАСИЛЬЕВ: На самом деле, малый бизнес, как это ни странно, присутствует практически везде. Доминирует, безусловно, в сфере услуг, в сфере обслуживания. Классические сферы: туризм, то, что в России называют общепитом – это такие классические, действительно…
ПРОНЬКО: В американском варианте как-то "общепит" не катит, по-моему.
ВАСИЛЬЕВ: На самом деле, не катит. Давайте назовем "ресторанный бизнес" и все, что с ним связано.
ПРОНЬКО: Я просто поясню нашим слушателям, почему я так немножко съерничал: не так давно в Россию пришла очень крупная сеть кофеен американская. Я не буду ее называть, я думаю, многие догадались, о какой, действительно очень известной, марке идет речь. Так вот, я вам могу сказать: будучи в Нью-Йорке, в Чикаго, я столкнулся с таким очень интересным феноменом – не престижно в эту сеть ходить. Престижно ходить в семейные кофейни. Вы не представляете, какой кофе они там варят, какие булочки они там делают. И, на самом деле, то, что нам кажется таким "американским", а это, конечно, американское, безусловно, но, по сути, там все совершенно по-другому.
ВАСИЛЬЕВ: Все-таки вы правильно заметили, в частности, это сеть, как и "Макдональдс", который, безусловно, и семейный бизнес, и начинал с малого семейного бизнеса, дошедший до нас…
ПРОНЬКО: Рей Крок – это, действительно, умнейший человек, был.
ВАСИЛЬЕВ: Дошедшие до нас эти бизнесы, они доходят в стадии крупнейших компаний. Это не совсем малый бизнес. Все-таки, смотрите, в малом бизнесе в Соединенных Штатах занято две трети населения.
ПРОНЬКО: Две трети?
ВАСИЛЬЕВ: Две трети населения, так или иначе, по разным оценкам, занято в сфере малого бизнеса. Он дает работу двум третям населения Соединенных Штатов Америки, по разным оценкам. Поэтому нельзя сказать, что "Макдональдс", хотя, на самом деле, это отдельная история про "Макдональдс"…
ПРОНЬКО: Это безусловно.
ВАСИЛЬЕВ: Потому что, возможно, шокирую опять радиослушателей цифрами, но считается, что "Макдональдс", если взять все сети поставок, абсолютно весь, буквально, генерирует чуть ли не 80% ВВП США. Фантастическая совершенно цифра, по последним подсчетам, это примерно…
ПРОНЬКО: Это один из столпов, получается.
ВАСИЛЬЕВ: Это, буквально, один из столпов. Но все-таки это крупнейшие компании, которые несут не столько дух настоящей Америки, сколько дух своей американской компании. Все-таки почувствуйте здесь определенную разницу.
ПРОНЬКО: Безусловно, да.
ВАСИЛЬЕВ: Если мы говорим о малом бизнесе…
ПРОНЬКО: А все начиналось с братьев Макдональдс.
ВАСИЛЬЕВ: С братьев…
ПРОНЬКО: Первого этого кафе, ресторана, да?
ВАСИЛЬЕВ: Даже не ресторана, даже стоянки.
ПРОНЬКО: Стоянки?
ВАСИЛЬЕВ: Стоянки. И как сейчас "свободная касса", так вот бегали между машин и рассовывали…
ПРОНЬКО: И появился "чикагский мальчик", господин Крок, который все изменил, и создал один из столпов. Хорошо. Михаил, смотрите, это услуги, это, будем говорить в нашей российской интерпретации, общественное питание. Что еще?
ВАСИЛЬЕВ: Производство, обрабатывающая промышленность.
ПРОНЬКО: Реальное производство? То, что реальным сектором в России называется?
ВАСИЛЬЕВ: Реальное производство, то, что, да, называется "реальный сектор". Безусловно, во-первых, производство. Очень много маленьких частных компаний, производящих… Вообще, малый бизнес – это, в массе своей, принято считать, нишевый бизнес, который существует там, куда, по тем или иным причинам, не идут крупные компании. Может быть, им не интересно, по разным причинам.
ПРОНЬКО: Можете назвать, как пример, то есть вот есть ниша, которую, как правило, занимают именно фирмы, представители малого бизнеса?
ВАСИЛЬЕВ: Да, такой, довольно иллюстративный, на самом деле, пример – сфера автосервисов, обслуживания, более того, то, что в России называется тюнингом. На качественно другом совершенно уровне, к сожалению, не как в России, создание индивидуальных, уникальных автомобилей. Это малый частный, очень часто семейный, бизнес.
ПРОНЬКО: Подождите, что значит – создание автомобилей? То есть это в буквальном смысле… Есть замечательная передача на одном из каналов, действительно, как сказать, чисто американская: "Тачка на прокачку". И у меня просто дочери, все трое, смотрят эту передачу, и они балдеют от этого.
ВАСИЛЬЕВ: Я, на самом деле, хотел привести примерно этот же пример, но по другому каналу, по каналу "Discovery", целая серия подобных передач, которые, фактически, показывают, что такое малый бизнес и очень часто, что такое семейный бизнес. Которые, действительно, просто создают, воплощают чью-то мечту, когда-то в железе, где-то еще в чем-то. То есть занимают свою уникальную нишу, создают свой бренд, обычно бренд носит название семьи классической американской, двигают свой бренд и становятся, буквально, всемирно известными.
ПРОНЬКО: Давайте мы сейчас остановимся буквально на небольшую рекламную паузу. Я напомню, что сегодня у меня в гостях Михаил Васильев. Кстати, он еще и исследователь Института США и Канады Российской Академии Наук. Собственно, оттуда и проистекает наше с Михаилом знакомство. Вы можете участвовать в нашей программе. 730-73-70, либо finam.fm, телефон многоканальный и наш сайт в Интернете, пишите, звоните, задавайте Михаилу интересующие вас вопросы, долбите его, спрашивайте.
Чем, мы – рыжие? Или, может быть, они рыжие там, за океаном? А самый главный вопрос, который я задам после рекламы, о взаимоотношении между малым бизнесом и фискальными органами. Как государство в США, помогает ли, или, возможно, наоборот занимает нейтральную позицию по отношению к этим компаниям? Но прямо сейчас реклама на "Финам FM".
Реклама.
ПРОНЬКО: 19.22 в российской столице. Это "Реальное время" на "Финам FM". Сегодня тема нашей программы: "Малый бизнес в США. Может ли Россия воспользоваться заокеанским опытом". И мой компетентный собеседник – эксперт Михаил Васильев. Миша, все-таки какие взаимоотношения между малым бизнесом Америки и непосредственно органами власти, которые, безусловно, регулируют все процессы, или, может быть, не регулируют, вы ответьте мне на этот вопрос, но я точно знаю, что в России это самая болезненная тема на сегодняшний день.
ВАСИЛЬЕВ: К вопросу о болезненных темах. Передо мной лежат результаты исследований за декабрь 2009 года относительно наиболее важных и сильных проблем в сфере малого бизнеса, по версии самих бизнесменов, которые испытывают американские бизнесмены. На первом месте проблема низких продаж, причем как в данном периоде, так и несколько периодов назад. Это самая главная проблема.
Второе – это именно то, о чем мы с вами говорим. На втором месте, действительно, проблемы, связанные с регулированием государством, с бюрократией, и весь пул вопросов, которые сюда относятся.
ПРОНЬКО: То есть я правильно понимаю, из этих данных можно сделать вывод, что американские чинуши также достают малый бизнес Америки?
ВАСИЛЬЕВ: Вы знаете, и да, и нет. С одной стороны, достают, но…
ПРОНЬКО: Отличный ответ: да и нет.
ВАСИЛЬЕВ: Я вам сейчас объясню, почему он такой. С одной стороны, достают. С другой стороны, имеется довольно исчерпывающая статистика относительно того, что, во-первых, 86% американцев платят налоги очень четко. При этом почти такая же цифра, в целом, удовлетворена тем набором государственных услуг, который они получают за эти налоги. То есть на самом-то деле…
ПРОНЬКО: Внимание, слушатели, я Мишу сейчас слушаю (уж простите за тавтологию), вы услышали эту ключевую фразу: "государственные услуги"? Это не пришли с ксивой и сказали: "Ты нам должен". Это государственные услуги! Вы можете почувствовать эту разницу? Да, пожалуйста.
ВАСИЛЬЕВ: Я знал, что вам эта фраза понравится, я специально ее таким образом подчеркнул. На самом деле, да…
ПРОНЬКО: У вас, кстати, была еще одна крылатая фраза, которую я чуть позже обязательно процитирую.
ВАСИЛЬЕВ: Спасибо. Тем не менее, все равно, даже в рамках этих услуг, большого количества методов работы с гражданами, все равно возникают, естественно, какие-то недовольства. Основные из них, действительно, относятся к налоговому законодательству, которое, кстати, стоит, буквально, на втором-третьем месте в этом рейтинге тяжелых проблем малого бизнеса США.
А если говорить о налоговом законодательстве, основная из проблем – это проблема его запутанности. На мой взгляд, мне кажется, это не укладывается в российские стереотипы представления об американском бизнесе, американском государстве. То есть на самом деле, называют бюрократами американцев, сами американцы, американский бизнес.
ПРОНЬКО: Абсолютно, я с вами согласен.
ВАСИЛЬЕВ: Называют американцев такими же бюрократами.
ПРОНЬКО: Я не единожды в эфире говорил нашим слушателям о том, что наши чинуши, не в своей наглости я имею в виду, а именно бюрократичности, отдыхают, по сравнению с американскими. Там, если нет бумаги, я утрирую, конечно, то ты – никто, в буквальном смысле.
ВАСИЛЬЕВ: В этом плане, да, можно перефразировать известный анекдот, что скоро мы будем жить, как в Америке.
ПРОНЬКО: Ну да.
ВАСИЛЬЕВ: Да, в этом плане. Но, на самом деле, тоже не все так плохо. Здесь речь все-таки идет о чем, что постоянно наращивается сложность законодательства, постоянно идет борьба между желанием собрать побольше налогов и желанием не заплатить побольше налогов. Несмотря на то, что, я подчеркиваю, американцы очень четко платят налоги.
И мы сегодня еще об этом поговорим, в связи с чем это так. Но это действительно так, и американцы к своим чиновникам испытывают, в частности, довольно противоречивые чувства. Хотя надо сказать, что уровень квалификации…
ПРОНЬКО: Но любить их тоже не за что.
ВАСИЛЬЕВ: Вы знаете, не уверен, потому что уровень образования и компетенции американских чиновников, я не сравнивал, не могу сказать, что выше, чем российских, но он очень высок. Более того, Управление (это официальная структура, главная структура, которая занимается развитием малого бизнеса Соединенных Штатов) делами малого бизнеса ставит всего буквально четыре цели в рамках своей деятельности, и одна из этих целей – развитие уровня компетенции самих работников Управления, они это выносят как цель.
ПРОНЬКО: Но наши вроде тоже повышают квалификацию.
ВАСИЛЬЕВ: Одно дело – квалификацию повышать, другое дело…
ПРОНЬКО: Реализовывать ее в жизни.
ВАСИЛЬЕВ: Да, реализовывать ее в жизни. На самом деле, к сожалению, мы видим много примеров, что в России работа эта ведется либо неэффективно, я не возьмусь оценить, на самом деле, системы подготовки, переподготовки кадров, но я, как директор маленького некоммерческого партнерства, могу сказать, что сталкиваюсь с большим количеством некомпетентности наших чиновников по их же профилю, не по моему, именно по их же профилю. Это то, с чего вы, Юрий, собственно, начали нашу программу.
ПРОНЬКО: Давайте дальше. Значит, налоги, чиновники, что там еще?
ВАСИЛЬЕВ: То, с чего мы начали – продажи. Но здесь не стоит все списывать на кризис. Если взять докризисные годы, американский малый бизнес жаловался на низкий уровень продаж или, скажем так, на сложность с поддержанием достаточного уровня продаж, так же часто, как и сейчас в кризис.
ПРОНЬКО: Это связано с конкуренцией с крупными структурами?
ВАСИЛЬЕВ: Это связано с природой малого бизнеса. Он, во-первых, не забывайте, все-таки не всегда профессионален. Есть программы, безусловно, и это отличие Америки, есть программы обучения бизнесу, это очень важно.
ПРОНЬКО: За чей счет?
ВАСИЛЬЕВ: За счет государства. В частности…
ПРОНЬКО: Государство берет на себя эти затраты?
ВАСИЛЬЕВ: Во-первых, есть государственные, есть негосударственные, есть программы повышения квалификации. Но, когда государство говорит о том, что мы будем развивать бизнес, речь об этом не заканчивается только какими-то финансовыми вливаниями. Безусловно, идет речь о развитии человеческого капитала, потенциала, подготовки, переподготовки кадров.
ПРОНЬКО: Я все думаю. Я подобное ведь слышу в России постоянно. Буквально на международной конференции, которая была в АНХ, там все говорили, Шувалов говорил про человеческий капитал, Набиуллина говорила про человеческий капитал. Но, по всей видимости, есть слова, а есть дела.
ВАСИЛЬЕВ: Да, к сожалению, вы правы. Самый, наверное, яркий пример – это инновации. Больше чем о них в России за последние лет пять точно, не говорили ни о чем. Но где инновации?
ПРОНЬКО: Самое страшное, знаете, Михаил, что может произойти? Это выхолащивание этого слова.
ВАСИЛЬЕВ: На самом деле, в определенных кругах оно уже произошло. Не уверен по поводу выхолащивания, но девальвация определенная произошла. По крайней мере, многие конференции…
ПРОНЬКО: Если это будет продолжаться, то это слово, действительно, непросто девальвирует, оно станет если не ругательным, то уж точно неудобопроизносимым. То же самое может произойти и со словом "модернизация".
ВАСИЛЬЕВ: Да, безусловно. Но, по крайней мере, что уже произошло, многие конференции по инновациям начинаются с того, что люди начинают говорить: "Мы под инновациями будем понимать то, то и то, а вот не то, что вы сейчас слышали, сегодня, по дороге сюда из какой-то официальной хроники, неофициальной".
ПРОНЬКО: Давайте мы сейчас прервемся на новости середины часа. Я вижу ваши вопросы, Юля спрашивает: "Осуществляется ли в США господдержка малого бизнеса? Насколько она эффективна? И эффективней ли поддержка малого бизнеса в США, чем в России?" – спрашивает Юля. Во-первых, Михаил частично уже ответил: да, она осуществляется. Плюс, Барак Обама фактически заявил о том, что (вы знаете, мне не нравится американский эквивалент денежный, я назову в рублях) он готов на поддержку малого бизнеса Америки (почувствуйте сейчас цифру!) дать почти 900 миллиардов рублей. Мы продолжим наше общение с Михаилом Васильевым после новостей.
ПРОНЬКО: Это радиостанция "Финам FM" и программа "Реальное время". 19 часов и 34 минуты в российской столице. Меня зовут Юрий Пронько. Сегодня тема нашей программы: "Малый бизнес в США. Может ли Россия воспользоваться заокеанским опытом". Вы можете звонить, вы можете писать, finam.fm – сайт, 730-73-70 – номер нашего многоканального телефона. Я предлагаю уже в таком ритме теперь идти. И, безусловно, мы ответим еще на вопрос Юли по поводу господдержки. Добрый вечер, вы в эфире, как вас зовут?
СЛУШАТЕЛЬ: Да, здравствуйте, Вячеслав меня зовут.
ПРОНЬКО: Выключите только приемник, пожалуйста. Да, Вячеслав?
СЛУШАТЕЛЬ: Выключил, не ожидал, что так сразу. Хочу сказать, честно, у вас все гости интересные, но сегодня интересно почему, потому что человек пришел очень подготовленный, с реальными цифрами и с конкретными фактами.
ПРОНЬКО: Вячеслав, если вы постоянный слушатель моей программы, вы же знаете, что абы кто сюда не приходит.
СЛУШАТЕЛЬ: Постоянный. Есть замечательные ребята, честное слово. Согласен, хотя вчера какой-то злой украинец у вас был. Это ладно, это шутка, само собой. Я хочу сказать, вот очень ключевая фраза, в качестве поддержки малого предпринимательства что делает государство в Штатах – это, правильно, подготовка к бизнесу. В принципе, у нас, получается, принимают решения – освободить от проверок на три года, что-то еще такое придумать, чтобы не приходили. Но ведь зачастую, согласитесь, эти люди, которые приходят с проверками к малому бизнесу, они, на самом деле, компетентные ребята, и видят реальные нарушения. Другой вопрос – человек, который организует бизнес, либо не знает, что должно быть, либо сознательно этого не делает. Если бы, я думаю, что когда человек приходил бы получать свидетельство частного предпринимателя, и у него бы конкретно спросили: "Ты что хочешь открыть, магазин? Пожалуйста, трехмесячные курсы, потом приходи за свидетельством". Пусть человек узнает, что он должен сделать, что он будет платить, какие налоги, какая организация производства у него должна быть, какие требования он должен выполнить за свои деньги. Может, он после этого и делать этого не будет, либо подкопить денег, и сделать так, как положено. Вот тут я согласен. А люди, которые постоянно могут научиться бизнесу, тому, что они хотят делать, конечно, им легче устроиться в этот бизнес, проще платить налоги, потому что они знают, что будут платить, они к этому готовы. А у вас, помните, было про Кавказ, предприниматель вам звонил, когда образовался новый федеральный округ: "Оставьте нас в покое, мы сами все решим".
ПРОНЬКО: Да.
СЛУШАТЕЛЬ: Я – предприниматель, понимаете? Это же не подход, а у нас 80% с лишним таких предпринимателей: "Отойдите от меня, я тут сам рулю, я знаю, что мне в магазине делать. Плевать, что у меня пожарная сигнализация не работает, и яйца вместе с хлебом лежат. Это не ваше дело".
ПРОНЬКО: Да, Вячеслав, спасибо. Простите, что я прервал, просто я вижу, что у меня все линии заняты. Спасибо огромное за мнение. Смотрите, Вячеслав поднял очень интересный момент: Михаил, в Америке какая система регистрации бизнеса? Это в уведомительном порядке делается или по-другому? Вот эта часть, этот пласт?
ВАСИЛЬЕВ: Хотел бы прокомментировать. Да, безусловно, наши радиослушатели абсолютно правы, многие совершают ошибки, как и я, на самом деле, человек с высшим экономическим образованием, когда сам занялся бизнесом, совершал ошибки из разряда "не знал, что не знал". Да, такое бывает.
Но, на самом деле, тут есть небольшая ошибка: в России довольно много сейчас программ и структур, которые не просто пытаются, а реально оказывают помощь и людям, и бизнесу. Я совершенно точно могу назвать: Торгово-промышленные палаты. Мне ближе всего Дмитровская торгово-промышленная палата, у них существует просто консультационный центр, бизнес-инкубатор. Приходи, бесплатно поможем. В Москве тоже ведется довольно большая, можно говорить достаточная, не достаточная, поддержка. Я знаю очень хорошо центр…
ПРОНЬКО: Но она есть?
ВАСИЛЬЕВ: Она есть. Пожалуйста, Центр правовой помощи молодежи "Выбор", очень хороший центр. Очень много, действительно, реальной работы производит с молодежью, больше чем может. Но мне кажется, надо расширять, этого не достаточно, в Америке это просто…
ПРОНЬКО: И вы считаете, что эти затраты на себя должно бать государство? И в США этим занимается государство?
ВАСИЛЬЕВ: Во-первых, затраты должно брать на себя государство в определенной степени.
ПРОНЬКО: Потому что бесплатно ничего не бывает, на самом деле?
ВАСИЛЬЕВ: Это понятно. Во-первых, затраты должно брать государство в определенной степени, не портя свое имя, так сказать, затратами и своими представлениями о конечном продукте, виде предпринимателя, собственно, этот тренинговый бизнес. На самом деле, он существует очень часто в частной форме. Если вы посмотрите, в России очень много, по крайней мере, до кризиса, пока этот рынок не встал, было тренинговых услуг. Да, возникал вопрос выбора, возникал вопрос – кому верить, кому – нет. Это нормальная, на самом деле, проблема.
Кстати, еще одна проблема развития малого бизнеса в России – кадровый голод. Я бы ситуацию на российском рынке труда охарактеризовал, как большое количество одипломившихся непрофессионалов. Извините за жесткость.
ПРОНЬКО: Не извиняйтесь, вы констатируете то, что реально происходит в нашей стране.
ВАСИЛЬЕВ: По крайней мере, я с этим сталкиваюсь постоянно.
ПРОНЬКО: И дальше ситуация может усугубляться, на самом деле.
ВАСИЛЬЕВ: Будет усугубляться.
ПРОНЬКО: Да.
ВАСИЛЬЕВ: Я не хотел бы сегодня в передаче затрагивать ЕГЭ, но…
ПРОНЬКО: Нет! Нет! Нет! К вопросу все-таки о регистрации.
ВАСИЛЬЕВ: Да, к вопросу все-таки о регистрации. Порядок достаточно простой: приходишь, заполняешь определенный набор документов, и тебя регистрируют. На самом деле, и в России сейчас процедура на некоторые виды бизнеса, довольно проста. В частности, вы знаете, по закону у нас в течение пяти дней должны регистрировать. Могу опровергнуть или подтвердить: я свое некоммерческое партнерство регистрировал год. в России.
ПРОНЬКО: Вот, что называется, пример из жизни.
ВАСИЛЬЕВ: С 2007-го по 2008-й, пример из жизни. Причем по несвязанным со мной причинам, как мне кажется.
ПРОНЬКО: Хорошо. А в Соединенных Штатах этот срок каков? Он как-то регламентирован?
ВАСИЛЬЕВ: В принципе, две страны в мире регламентируют абсолютно все – это Россия и США. Я вам сейчас точно не назову в днях…
ПРОНЬКО: Ну надо же! Хоть в этом мы едины.
ВАСИЛЬЕВ: Вы знаете, в этом плане Россия, на самом деле, уникальная страна или, как говорится в известной передаче, лучшая страна на свете. У нас, действительно, есть регламент абсолютно на все. И мне кажется, это наша сила. Наша слабость в том, что мы это часто используем как дубинку в общении с бизнесом, с малым, с крупным, но в этом, на самом деле, сила, потому что они не из воздуха, по крайней мере, уж простите, советские регламенты не из воздуха взяты. Да, возможно, надо в чем-то пересмотреть, но они есть, надо это использовать.
ПРОНЬКО: Хорошо, я понимаю. Я хочу сейчас тогда перейти к следующему моменту. Вячеслав сказал о такой проблеме, как так называемые проверки. Ни для кого не секрет, что в России, может быть, действительно не так сложно сейчас открыть свой бизнес. Но удержать его – это большая сложность. К тебе могут приходить разные представители разных контролирующих структур. Да, вроде как проверки запрещены, да, они регламентированы в России, но мы же с вами понимаем, что жизнь и закон в России имеют разные свойства. Не зря и русский фольклор богат на эту тему. Я хочу понять, Михаил, в Соединенных Штатах Америки что-то подобное может происходить? Опять-таки, там тоже есть контролирующие структуры, которые исполняют свой функционал. Вот что там?
ВАСИЛЬЕВ: Например, что касается налогового регулирования. Безусловно, основные проблемы, возникающие с уплатой налогов, возникают тоже по причине незнания, по причине запутанности. Об этом красноречиво свидетельствует американская статистика, что те кто "уклонился" от уплаты налогов, в большинстве случаев, сделали это по ошибке.
Более того, сам американский бизнес находится, очень часто, в состоянии такой нервозности, как, я думаю, и российский, при подаче налоговой декларации своей, хотя существует больше способов ее подать: электронный способ, личный, по почте, и так далее. Но, в любом случае, существует нервозность: "все ли я правильно заполнил". Особенно это краеугольный, конечно, вопрос для малого бизнеса, когда нет возможности привлечь квалифицированного профильного специалиста по данному функционалу. Это проблема, как для России, так и…
ПРОНЬКО: Или отдать на аутсорсинг данный вид деятельности.
ВАСИЛЬЕВ: Я, к сожалению, совершенно не в курсе цен на рыке аутсорсинга в США, но в курсе по поводу российского.
ПРОНЬКО: Думаю, что для малого бизнеса это достаточно серьезные будут затраты.
ВАСИЛЬЕВ: Это серьезно, и надо такой совершить прыжок, чтобы иметь возможность…
ПРОНЬКО: Через собственную голову?
ВАСИЛЬЕВ: Через собственную голову такому стартапу, то есть только что начавшемуся бизнесу, надо совершить прыжок, как вы правильно сказали, через голову, чтобы иметь возможность поставить бухгалтерию на качественный уровень, при одном условии – если у тебя несемейный бизнес, и жена у тебя не бухгалтер.
ПРОНЬКО: Да, это идеальная история.
ВАСИЛЬЕВ: Да, в этом плане хорошо многоженство – две жены, бухгалтер и юрист. Одна готовит документы на регистрацию, вторая после регистрации…
ПРОНЬКО: Это была шутка от Михаила Васильева.
ВАСИЛЬЕВ: Безусловно, поймите меня правильно.
ПРОНЬКО: Не воспринимайте это буквально. Хорошо. Налоги – это понятно. Вы сказали, что 86% американцев предпочитают платить все вовремя, в срок и в полном объеме. Но есть ведь и другие контролирующие…
ВАСИЛЬЕВ: Что касается системы контроля в США и в России. По моим наблюдения, в России система контроля построена на предупреждение, давайте назовем это инцидентом, какого-то инцидента. В США все-таки более реактивная система. Потому что все-таки исходят из предпосылки, и именно в США это работает, это не всегда переносимая модель, что человек, если что-то нарушает, он это делает несознательно, потому что не смог. В США, совершенно точно, можно произвести колбасу на 90% из сои, 10% туалетной бумаги – ее нельзя продать в США. Ее можно произвести. Ее можно при этом спокойно продать…
ПРОНЬКО: Но не найти потребителя?
ВАСИЛЬЕВ: Не найти потребителя. Ее при этом можно продать в Китай, в другие развивающиеся страны.
ПРОНЬКО: К коим Россия, к сожалению, также относится.
ВАСИЛЬЕВ: Заметьте, в России нельзя, по крайней мере, ты столкнешься с большим количеством проблем при попытке произвести что-то не так.
ПРОНЬКО: Но здесь наши умельцы могут перемаркировку произвести продукта.
ВАСИЛЬЕВ: В частности, да. Возьмем новогодние праздники – самый громкий скандал связан с пиротехникой. Вдруг выяснилось, что в России пиротехника либо почти не производится, либо, на самом деле, не производится совсем. Почему? Я, со своей стороны, вижу, что замучаетесь проверкам отвечать.
ПРОНЬКО: То есть получается, если мы стоим на ногах, а не на голове, то это как раз тот пример: ты можешь выпускать все, что тебе вздумается, но найдешь ли ты потребителя на американском рыке?
ВАСИЛЬЕВ: Во-первых, найдешь ли потребителя, во-вторых, машина определенных наказаний работает очень четко. Если, не дай бог, кто твоей продукцией потравится, придут, как у нас, придут все…
ПРОНЬКО: Голову тебе снесут, да.
ВАСИЛЬЕВ: …Будут долго судить. Кстати, заметьте, в Америке гораздо выше… Существуют, на самом деле, нормативные акты, в которых зафиксирована стоимость жизни американца. Это довольно важный документ с точки зрения компенсации жертвам погибших или при исчислении морального и прочего вреда. Компенсации не сравнимы с нашими. В судебных порядках, если вы, не дай бог, отравились той же самой колбасой, о которой мы начали говорить. Они несравнимо больше даже по американским меркам, если учесть, что у них все, предположим, дороже, несравнимо даже в этом плане.
ПРОНЬКО: То, что они – сутяжники, это все, я думаю, знают. И мы это воспринимаем как такое высокомерие. А это, на самом деле, правовая грамотность, то есть человек может защитить свои интересы, свои права, доказать малому, среднему, крупному американскому бизнесу, что он – потребитель, и он будет определять на рынке погоду.
ВАСИЛЬЕВ: Безусловно.
ПРОНЬКО: А не компании.
ВАСИЛЬЕВ: Безусловно. Кстати, не стоит забывать и о том, что наша или континентальная правовая система, или американская – прецеденты кардинально разные.
ПРОНЬКО: К сожалению. Это мое мнение – к сожалению.
ВАСИЛЬЕВ: Я не знаю, я – не юрист, поэтому мне сложно оценить, но, действительно, они разные. И это накладывает на всю жизнь американского общества довольно большой отпечаток.
ПРОНЬКО: Я предлагаю продолжить наше общение со слушателями. 730-73-70 – телефон, finam.fm – сайт в Интернете. Сергей пишет: "Почему чиновники постоянно меняют правила игры для малого бизнеса? К примеру: я честно плачу налоги, но каждый раз я не уверен, что правильно это делаю. Меняются правила подачи декларации, вплоть до формата бланков. Это просто неизбежное следствие бюрократии?" – спрашивает вас Сергей. Нечто подобное, Михаил, там встречается?
ВАСИЛЬЕВ: Во-первых, мне понравилась форма вопроса. Честно, если на нее кто-то найдет ответ, найдите меня, сообщите мне, почему меняются формы отчетности, причем меняются просто перестановкой восьмой строки на девятое место и наоборот, а не по сути. Но, на самом деле, эта же проблема, как я сегодня говорил, для американского общества абсолютно актуальна. Существует статистика, которая говорит, что просто в количественном выражении за два года, с 2006-го по 2008-й год, налоговое законодательство США приросло на миллионы страниц, примерно на столько.
ПРОНЬКО: То есть, оно настолько детализировано?
ВАСИЛЬЕВ: Не только. Во-первых, это, действительно, путь по детализации, с другой стороны, это попытка регулировать новые возникающие явления в обществе, то же самое, связано, кстати, с кризисом. Ведь все заявления правительства всегда имеют какое-то отражение, в частности в налоговой системе, особенно когда мы говорим об экономическом кризисе и экономических причинах выхода из тех или иных проблем.
ПРОНЬКО: Идем дальше. Алло, добрый вечер, вы в эфире. Как вас зовут? Алло?
СЛУШАТЕЛЬ: Алло.
ПРОНЬКО: Да, здравствуйте.
СЛУШАТЕЛЬ: Это Михаил, здравствуйте.
ПРОНЬКО: Да, Михаил, здравствуйте.
СЛУШАТЕЛЬ: Вы знаете, у меня такой вопрос к вашему гостю: существуют ли в Америке блошиные рынки? И как они функционируют, какой регламент? Я почему спрашиваю, в Москве одно время разрешали этим заниматься, а сейчас вроде бы все это пропало. Я туда ходил не из экономических соображений, а пообщаться, поговорить и прочее.
ПРОНЬКО: Да, спасибо, Михаил. Есть в Америке, сейчас ваш тезка, безусловно, ответит, но там есть замечательные ярмарки, так называемые, выходного дня. Потрясающая вещь. Это, действительно, общение, но это еще и реально низкие цены, и это реально качественный товар с ферм, который привозится в крупные мегаполисы Америки. Михаил?
ВАСИЛЬЕВ: Вы, на самом деле, ответили, собственно, на вопрос. Но я бы хотел подняться на уровень выше и говорить о каких-то принципах устройства российского и американского рынка. Да, действительно, американский рынок более либерален, с точки зрения того, что на нем можно делать, какими видами деятельности можно заниматься. С другой стороны, если мы будем говорить о блошиных рынках в том виде, в каком они есть в России, у нас есть Роспотребнадзор, который, вероятно, на самом деле, имеет определенные основания, просто в рамках исполнения своей функции ограждения граждан от них самих, от своей какой-то безграмотности в чем-то…
ПРОНЬКО: Конечно, у нас государство всегда борется с собственным народом.
ВАСИЛЬЕВ: Да, оно пытается, на самом деле, ограждать.
ПРОНЬКО: Но, к сожалению, Миша, у народа-то не спросили, хочет ли народ, чтобы его ограждали от этого всего.
ВАСИЛЬЕВ: Если так формулировать вопрос, то да, не спросили.
ПРОНЬКО: Павел Никитин пишет: "Михаил, прокомментируйте, почему малый бизнес в России развивается так медленно? Ведь существуют спецпрограммы по поддержке малого бизнеса". Смотрите, на самом деле, Обама заявил о том, что он готов 30 миллиардов долларов, которые вернули по программе TARP крупнейшие банки Америки, предоставить американскому малому бизнесу. Я хочу понять, с вашей помощью, как это осуществляется? Президент – он все-таки высоко очень находится.
Плюс, там, действительно, разделение властей, плюс, разделение федерального, регионального, муниципального уровней – реальное разделение. И мнение президента США надо учитывать, но, по большому счету, губернатор его может послать далеко в историю, потому что на своей конкретной территории он уполномочен конкретными законами своего штата и так далее, да. Миша, как там это все происходит, по вашему мнению? Ведь в России тоже звучат призывы и позиции, когда говорят: "Мы 40 миллиардов рублей, – конечно, не тот эквивалент, но российская экономика и не американская, – готовы предоставить малому бизнесу". Малый бизнес задается вопросом: куда мне идти, чтобы государство оказало помощь? Что там, за океаном?
ВАСИЛЬЕВ: Во-первых, хотелось бы реабилитировать немного российскую власть, российскую систему исполнительной власти. Вот в каком смысле. Предыдущую американскую помощь бизнесу, именно финансовую, если мы о ней будем говорить, оказанную через Управление делами малого бизнеса, бо́льшая часть денег в Америке была чиновниками разворована.
Точно так же был подготовлен специальный доклад президенту, где приводились совершенно замечательные примеры: что буквально деньги были отправлены, по старой русской поговорке, в Америке, на деревню дедушке, когда в поле стоял трейлер с надписью: компания, малый бизнес, ушло туда 18 миллионов долларов. Оказалось, компании нет, они были переданы субподрядчикам, которые не имели права получать эти деньги.
ПРОНЬКО: Но знаете, какая отличительная черта? Если там тебя за руку схватят, твою схему раскрутят… Потому что, понимаете, есть система противовесов – есть умники, которые сочиняют эти схемы, а есть умники, которые разгадывают эти схемы. И уж если разгадали твою схему, и пример крупнейших американских корпораций, хедж-фондов, там ребята такие, что наши отдыхают. Я никого не хочу оскорбить, но мы, действительно, отдыхаем, потому что у нас не было традиции. Но если тебя поймают, тебя посадят. Я не уверен, что здесь… даже попав, что называется, в лапы правосудию, есть возможность договориться, к сожалению.
ВАСИЛЬЕВ: На самом деле, я не специалист в области американского правосудия, поэтому не могу ничего сказать, есть ли возможность договориться. Но именно с чиновниками на местах вступали в сговор и договаривались, по поводу, как это в России принято говорить "распиливания" этого бюджета, выделенного…
ПРОНЬКО: Освоения.
ВАСИЛЬЕВ: Да, освоения бюджета, выделенного на малый бизнес в США. Но у меня есть совершенно замечательный пример, пожалуйста, "Российская газета" пишет о том, куда в Москве делись деньги, целых 280 миллионов рублей, в виде безвозмездных субсидий, которые были выделены в 2009 году на развитие малого бизнеса. Идея была следующая: будет выбрано 800 проектов, наиболее интересные получат просто по 350 тысяч рублей.
ПРОНЬКО: Мы на "Финам FM" очень подробно рассказывали об этом деле.
ВАСИЛЬЕВ: Я напомню радиослушателям, чем дело закончилось. Нашлось 450 человек, которые осмелились взять эти деньги. Причины разные, их много, начиная от того, что люди боятся брать что-либо у государства, потому что есть статистика, что у банков в это же время эти же суммы, но под большие проценты, берут, расходятся, как пирожки, условно говоря. И заканчивая сложностью российских программ.
В принципе, если в Америке тебе кто-то дает денег, тебя никто не ограничивает, как ты их будешь тратить. Тебе дали кредит, ты сам умный, или, извиняясь за выражение, сам дурак, но трать, как хочешь. Главное – верни или выполни его условия. Если говорить об этой программе российской, были довольно жестко ограничены условия, на что вы можете тратить. Проще говоря, обрезали все то, на что их и надо было тратить малому бизнесу: на зарплату, на маркетинг, на аренду.
ПРОНЬКО: Да, именно эти три позиции были под запретом.
ВАСИЛЬЕВ: Именно эти. А в себестоимости малого бизнеса, у стартапа и нет больше ничего, на самом деле. Поэтому, в принципе…
ПРОНЬКО: То есть принципиальное отличие: если там тебе помогают, то это твое дело, если ты соглашаешься с условиями, возвратно или безвозмездно – это уже детализация. Но там не ставят тебя в такие рамки, как, допустим, эта благотворительность по-московски?
ВАСИЛЬЕВ: В целом – да.
ПРОНЬКО: Закавычим слово "благотворительность".
ВАСИЛЬЕВ: В этом плане либерализма, безусловно, больше. И, на самом деле, я все-таки хотел бы еще раз отметить, что даже в Америке, в любой другой стране мира, никто за вас бизнес делать не будет. Могут помочь, и деньги, и еще что-то, и за тебя сделаем, и за тебя продукцию развезем – такого, на само деле, не будет.
ПРОНЬКО: А ты поедешь во Флориду и отдохнешь.
ВАСИЛЬЕВ: Да, поедешь во Флориду и отдохнешь на 350 выданных тысяч.
ПРОНЬКО: Михаил Васильев у нас сегодня в гостях, исследователь института США и Каналы Российской академии наук. 730-73-70 – телефон, finam.fm – сайт в Интернете. Звоните, пишите. Вера пишет: "Десять лет нахожусь в самой гуще малого бизнеса, не как предприниматель, а как координатор предпринимательского общественного объединения. Нашим предпринимателям отовсюду поступают предложения получить деньги, госпомощь, поддержку, но все это происходит затем по принципу: и покажут, и помажут, а покушать не дадут". Пишет Вера. Чувствуете, такой уже женский слог. "Получается, субсидии обусловлены такими сложностями, что пропадает охота впредь что-то просить. Как с этим обстоит в США, в смысле получения преференций от государства, особенно в период кризиса?"
Я так понимаю, что Вера говорит не о халяве, как таковой, а государство стимулирует, например, отдельные сектора, или отдельные отрасли, приходя к выводу, что именно малый бизнес может здесь сделать контрольный выстрел, рывок и дальше пойти.
ВАСИЛЬЕВ: На самом деле, то, о чем я сейчас расскажу, вы опять воскликните: "У нас же то же самое!" Потому что, в частности, администрацией Обамы было принято решение увеличить от 23% до 26% долю всех госзакупок, которые приходятся на сферу малого бизнеса. То есть, как ни крутись, а эта сфера должна быть исполнена, заказы должны быть исполнены именно предприятиями малого бизнеса.
В России, насколько я знаю, абсолютно то же самое: у нас есть определенный процент, если радиослушатели смотрят сайт госзакупки, очень много, действительно, лотов, которые размещаются среди участников малого бизнеса. Но, к сожалению, по непонятной причине, в России это приняло больше термин угрозы, нежели возможности для того же малого бизнеса.
ПРОНЬКО: О чем Вера и пишет, собственно.
ВАСИЛЬЕВ: Потому что возникает вопрос: ты малый, но ты как-то неправильно малый, ты не совсем соответствуешь. Я столкнулся с этой ситуацией, когда вдруг выяснилось, что я – некоммерческое партнерство, я бизнесом не являюсь. Я не являюсь субъектом малого предпринимательства. Я малый, но не предприниматель. При том, что я эту деятельность осуществляю постоянно профессионально. Так получилось. Поэтому, да, безусловно, в США всячески развивается.
Еще раз хочется сказать о финансовой помощи малому бизнесу. Малый бизнес во всех странах стоит в позе протянутой руки всегда. Ему надо помогать, безусловно. В США помогают, с чего мы начали программу, помогают, действительно, деньгами. Более того, расширяют, кстати, границы малого бизнеса, чтобы под эту помощь попало как можно больше предприятий. Если опять же сравнивать с Россией, может быть, не в нашу пользу будет сравнение, расширяют границы малого бизнеса.
ПРОНЬКО: Осознанно расширяют, да.
ВАСИЛЬЕВ: Осознанно расширяют, мотивируя это тем, что еще 73 тысячи компаний этой программой смогут быть охвачены, например, по льготному кредитованию в условиях кризиса.
ПРОНЬКО: К сожалению, время нашей программы завершилось. Михаил, я рад, что я с вами познакомился. Спасибо, что вы пришли.
ВАСИЛЬЕВ: Спасибо, что пригласили.
ПРОНЬКО: Будем встречаться, обязательно, потому что это тема интересная, она вызывает интерес у нашей аудитории. Единственное, что я хочу процитировать небольшой фрагмент из статьи Михаила Васильева, собственно, с этого и началось наше с вами, Миша, знакомство, где, ссылаясь на американцев, Михаил приводит пример обеспокоенности политических кругов США, что представители малого бизнеса практически не интересуются политикой.
И потрясающий был дан ответ, почему же они не интересуются. Если вы сейчас в автомобиле – остановите автомобиль. "Потому что они занимаются бизнесом". Понимаете? Это ответ американских предпринимателей. "Потому что нам некогда. Вы, политики, занимайтесь, в Вашингтоне своем сидите, в Белом ли доме, либо в Конгрессе США. А у нас есть свое дело, и мы им занимаемся". еще раз напомню, две трети, как сказал Михаил, американцев работают в малом бизнесе. Наверное, когда мы с вами достигнем такой же цифры, жизнь в России станет лучше.
ВАСИЛЬЕВ: Можно последнюю ремарку радиослушателям, буквально, короткую. Знаете, сколько бы ни говорил о проблемах развития в России малого бизнеса, где бы то еще ни было, помните о том, что кроме вас все равно им заниматься никто не будет. Какие бы ни были сложности, в эту игру можно играть. Если ваш сосед играет, чем вы хуже? Включайтесь, пробуйте, все, на самом деле, зависит только от вас.
ПРОНЬКО: А не думайте о том, чтобы у него когда-нибудь сдохла его корова. Это, к сожалению, наш российский принцип. Исследователь Института США и Канады Российской академии наук Михаил Васильев был сегодня в "Реальном времени".
Еще раз напомню: в 21 час в "Сухом остатке" заместитель министра промышленности и торговли России Станислав Наумов. Будем говорить о модернизации. А у вас есть час, чтобы прочитать в моей авторской колонке статьи, "Страшную правду. Сравнительный анализ дурацких дорог в России и за бугром" и "Речник-2". Браво, Лужков! Или о том, как владельцы домов позорят Россию".
